Fate/Apocalypse

Объявление

Мир изменился. Апокалипсис уничтожил большую часть человечества. Те кто выжил - скрываются в городах-убежищах. Желая добиться возвращение старого мира, волшебники решились повторить ритуал. Начать Седьмую Войну за Святой Грааль.
МЫ ВАС ИЩЕМ:


Мастеринг - активный, сложность - высокая. Присутствует срок на написание игрового поста.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fate/Apocalypse » Личные эпизоды » 11.07. Без сто грамм не разобраться


11.07. Без сто грамм не разобраться

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://s9.uploads.ru/d/Vxt6S.png

Место действия:
Мастерская Медузы;

Участники:
Ланселот & Медуза;

Краткое описание:
Ритуал призыва, в котором с обоих участвующих сторон для друг друга были приготовлены любопытные сюрпризы. Сэйбер, появившийся под чужой личиной. И Мастер, разумно приготовивший приманку на случай буйства собственного Слуги.

Отредактировано Lancelot du Lac (2018-12-08 19:37:38)

0

2

Это развлечение. Единственная причина, по которой подготовкой и самим призывом ведьма занялась собственноручно. Все должно быть идеальным, от места проведения до перышка азиатского ибиса, что добавляла антуражу подобранного интерьера специально для прихода долгожданного гостя. Было бы не вежливо изменять старо-древним традициям. От того помещение для призыва представляло собой эталон колдовской обители, выполненный в полувосточном стиле. Фиолетовый гобелен, украшающий стены и мебель, голубой нефрит массивных столов и гарнитура, вкрапленная золотая отделка, все смешивалось с магическими книгами, чудными склянками с разноцветным содержимым, чучелами диковинных зверей, и препаратами с заформалиненными мертвыми тварями, кристаллами маны и просто причудливыми инструментами. С шиком, со вкусом, дорого, красиво и до ужаса…
- Вычурно. Отвратительно. Хах, то, что нужно, просто восхитительно.

Отстукивая шаги по начертанному магическому кругу, колдунья могла ощутить навеянный запах лесного водоема и потертого железа. Уж слишком живо ей представилась смерть того, чье отчаяние и сожаление согласно легендам, ей так полюбились и казалось до сих пор немо кричат на остатках черного доспеха, что она использует в качестве катализатора.

Слова сказаны. Заклинания воспеты.
Фиолетово-черное сияние заполняет комнату удушающим порывом, жадно пуская по стенам живые ломанные линии векторов, как если бы старалось пожрать пространство или же наоборот, укрепить, выстоять в паническом ожидании Героического Духа. Черные вязки капли вытягивались, поглощались заклинанием, ублажая ритуальные аппетиты.
Зубы рефлекторно сжимались на нижней губе, предвкушая перезвон ощущений, чувственно отзываясь на буйство магической стихии, волну электричества и терпкого запаха озона. Энергетические толчки усилились, поджимая диафрагму и резонируя с ударами собственного сердца.

- Ну же, покажись мне! – Почти истошный вопль, вырвавшийся не через связки горла, а напрямик - сквозь грудную клетку. Жадный взгляд жидкого янтаря продирался сквозь пелену ширмы и вуаль тени, наблюдая за дымной статью внушительной фигуры, что предстала в ареоле из рунной вязи. Шум крови в ушах оглушал по хлеще взрыва, но не укрыл лепечущего перезвона особы в платье черных убранств и серебряным шелком, ниспадающих на плечи волос, что стояла совсем рядом с кругом призыва.

- Я приветствую тебя Героическая Душа, что откликнулась на мой глас! Раздели со мной имя, войну и победу. – Распростертые руки, восхищение глаз и искреннее радушие женской улыбки. Колдунья подняла тонкую кисть, демонстрируя кровавый узор Командного Заклинания. – Я - твой Мастер. Присягни же мне…

- Внешний вид Медузы

https://i.pinimg.com/564x/a7/bf/2d/a7bf2d2d9578a9f872c7f6d0b426ac26.jpg

- Внешний вид лже-Мастера

https://i.pinimg.com/564x/dd/19/0c/dd190c7aaa5b39c46d3731b8bf3307fd.jpg

[icon]https://pp.userapi.com/c849224/v849224307/b73fa/E9h_rePXOh0.jpg[/icon]

Отредактировано Lamia (2018-12-04 03:24:33)

+2

3

Фигура, что сформировалась в центре магического круга из чистой энергии, праны, свободно текшей по жилам перерождённой земли, была закована в чёрные доспехи, но те, впрочем, разительно отличались от образа, представленного катализатором Медузы — нагрудник и часть плечевого сочленения, какими бы те повреждёнными не были, оказались совершенно другой формы. Мужчина — светловолосый, статный, пусть и казавшийся каким-то… неправильным, также отличался от того, каким рисовали Ланселота легенды.

Вслед за физическим воплощением Слуги, лабораторию Медузы накрыла пришедшая вместе с ним аура — тяжело осевшая на плечах, она могла показаться ей знакомой, потому что ощущался мужчина не как представитель соответствующего класса — в нём с достаточной лёгкостью можно было заподозрить Берсерка, хоть безумие, невидимой дымкой окружавшее Слугу, и не исказило правильных черт его лица — отпечаток Безумного Усиления отсутствовал, что наталкивало на мысль, что перед ними всё же не Берсерк.

Он выпрямился и сделал глубокий вдох. Несмотря на лёгкую нестабильность сознания, его взгляд был ясен, сфокусирован — на фигуре, замершей буквально в метре от него. Женщине, чьи слова доходили до него, будто сквозь слой толстой ватной прослойки, постепенно — именно поэтому Слуга медлил с реакцией, пытаясь одновременно обозреть обстановку незнакомого помещения, осознать то, что он вновь жив, вновь ощущает себя живым — насколько это возможно, — и  разобраться в зыбкой, тянущейся куда-то вглубь комнаты связи, неподтверждённой ещё ритуальными фразами.

Между светлых бровей Слуги пролегла глубокая морщина, казавшаяся на этом конкретном лице чужой, столь же неестественной, сколь чернота доспехов и хищный, безжалостный взгляд почти нечеловеческих, золотых глаз. Образ, который пришёл в голову Слуге ещё во время формирования его физического тела, был одновременно родным, чем-то знакомым, комфортным. И осквернённым тем, каким образом его память работала, искажённым заполнявшим сознание периодически безумием, последовавшим за ним в новую жизнь даже после смерти.

Он не мог быть другим, в каком бы классе его ни призывали — то, что он совершил, то, что он прожил, не способен был обратить даже заключение контракта с миром, даже ритуал призыва — спустя многие столетия после его гибели.

Губы Ланселота скривились в жестокой пародии на улыбку. Он наконец-то осознал, что было не так во всей этой ситуации…

— Ты лжёшь, фальшивка, — сделав резкий шаг вперёд, произнеся эти слова глубоким, чуть хриплым тоном — словно он не пользовался собственным голосом долгое-долгое время, — Слуга обхватил рукой, облачённой в латную перчатку, горло псевдо-Мастера, постепенно сжимая пальцы, в буквальном смысле выдавливая из безвольно трепыхающегося в его хватке тела жизнь.

Взгляд — пристальный, почти пронизывающий до глубины, но тем не менее — столь же поверхностный, сколь однодневная лужа — Ланселот словно бы не видел свою жертву, не видел её лица, её отличительных черт. Это — было неважно. Важно было другое — она не была его Мастером. И это не оставляло большого выбора для предположений — либо она убила его Мастера во время призыва, умудрившись спрятать тело и занять его место самой. Либо сам человек, решивший провести ритуал, играл с его, Ланселота, сознанием, пытаясь ввести в заблуждение...

Внешний вид.

https://i-h1.pinimg.com/564x/b0/54/b1/b054b1e1601473e444bf163d9ff5d099.jpg

[icon]http://sg.uploads.ru/RP01n.png[/icon]

Отредактировано Lancelot du Lac (2018-12-08 00:51:20)

+2

4

Его поглощают вниманием, в красках и деталях разбирая на составляющие, отмечая каждый изгиб, каждую черту, деталь и примету. Хотелось докоснуться, ощутить сопротивление на собственных подушечках пальцев, уже сейчас подойти и вдохнуть полной грудью его запах, убедиться, так ли от него пахнет студеной влагой скорбной затхлости, как она себе представляла. Содрать на осколки бесполезную броню, метал ей ни к чему, куда занятнее обнажить личину, распахнуть его нутро и запустить острые пальцы в самый исток. Достать, изучить, измерить, разбить на составляющие и собрав воедино получить… Она забылась. Слишком ярко ее алчность и желание обладать рисовало сам факт, что объект уже принадлежит ей. Будто стирая понятие недоступности.

Отрезвляет Его аура, сладким до горчи и терпкого жжения на мягком небе порывом, так грубо и несуразно вынуждая очнуться, уловить по новой происходящее. Сконцентрироваться и с коробящим ощущением допущенной ошибки озлобиться на провал. Но лишь на полумгновение. Ведь любой итог имеет ценность, не так ли? Что-то не так и ведьма слишком быстро начинала понимать, что. Облик смазан, слишком груб и резок для представленного образа. С птичьей реакцией ее взгляд бегает по аккуратному овалу лица, волосам цвета перламутровой нити, срываются на одеяния, структуру доспеха.

- Ошибки быть не могло. Или же имеет место огреха? – Легкий укол негодования, но лишь от того, что погрешность в корне подорвала все кропотливо сплетенные паутинные узлы планов, намерений, задумок и…

- Хах. – Начало выдоха, опаляющая сухостью слизистую самой кромки губ. – Это не важно. Теперь мне даже интересно…
Их взгляды почти встречаются, уловив тончайшую нить траектории через преграду полупрозрачного плетения ширмы. Его глаза, яркое бурлящее дикостью золото, даже под чужим обликом не способное утаить такое родное, влекущее и необузданное безумие. И его природа ощутима резью на языке, женщина разграничивала исток лучше многих. Это не безумие, в котором тонет копошащаяся чернь, нет, он сам его несет, сеет и порождает.

Мышцы пресса резко сжимаются, выталкивая воздух через нос с течением потока ликования. Нет. Она не ошиблась. Не прогадала. Он – её. В этом нет сомнений.

- Ч-что? Нет. Постойте!.. – Крик пташки оборвался, стоило тому только зародиться в, стянутом тяжелой хваткой, горле. Искренне непонимание отразилось в голубых глазах, что стремительно заполнялись страхом и отчаянием. Слишком чистые и нежные черты красиво окрасились в предсмертную мольбу. – Остановитесь. У-мо-ля… - Ее тело трепыхалось не долго. Пока блеск сознания не потух во взгляде бедняжки.

Короткий изгиб брови, оценивающе вытянутые губы и легкий наклон головы оказались единственной яркой реакцией на смерть подчиненной. Ей просто нужно было по лучше рассмотреть. Ведьме не было дело до сохранности своего рода «подношения», отведенная ей роль была не велика, и она окончилась. Жаль, что так быстро, надежда была на куда более продолжительную игру. Впрочем, это лишний раз охарактеризовало призванного Слугу, как человека решительного и не предоставляющего права на ошибку.
- Ну что ж, пойдем выбьем себе безлимит!

До этого лицо ее искажала широкая улыбка торжества и оттенка маниакальности, а глаза едва принадлежали человеку, теперь же лишенная яркости эмоция выражало ленное спокойствие и даже безучастие. Именно с ними, ведьма неспешно подняла цилиндр с подлокотника кресла из красного дерева, аккуратно одела на голову и вложив в руку трость таки решилась выйти из тени. Стук трости сопровождал методичный стук каблуков.

- Удушение – самый убедительный, самый личный способ убийства. Практически интимный. Куда сильнее сексуального акта. – Хрупкая женщина в неожиданно строгом, но элегантном брючном костюме с фраком, на высоких каблуках и цилиндре, но броско ярким цветом волос, несколько задумчиво стояла к Героической Душе полубоком, опираясь на трость. Тон нейтральный, даже рассудительный. – Ты выбрал именно его. Не сломать. Не разрубить. Даже не отбросить. А именно придушить. Почему?

Вопрос был задан без подоплеки, с непринужденным любопытством, женщина даже не смотрела на Слугу пока говорила и подняла взгляд лишь когда пожелала узнать ответ. Атипичное поведение. Особенно если учесть, что ведьма полностью подавила всю свою магическую активность, стараясь по максимуму скрыть уровень своих возможностей. Чем больше он почует слабость, немощность, никчемность в сравнении с ее видом и убранствами, тем лучше. Зачем начинать сначала и по правилам, когда можно все извратить и начать с середины.
[icon]https://pp.userapi.com/c847019/v847019698/107f8e/WAG85G1BlwA.jpg[/icon]

Отредактировано Lamia (2018-12-04 03:25:47)

+1

5

Он медленно и даже немного осторожно опустил обмякшее тело на пол — женщина была мертва, последние, почти вымученные толчки сердца смолкли долгое мгновение назад. Выпрямившись, он перевёл тяжёлый взгляд на новое действующее лицо — на сей раз специально концентрируясь, чтобы рассмотреть её. Слуга знал — то зыбкое, едва ощутимое чувство вело именно к ней — к этой рыжей ведьме с диким взглядом. Он оценивал её — так же, как она оценивала его самого, пытаясь взвесить, вычленить те основные черты, которые станут помехой в будущем.

Ланселот не ждал, что их сотрудничество будет гладким — сама манера призыва, подставное лицо, чья гибель была на его совести, говорило о предстоящих проблемах. Но это, как и отличительные черты фальшивки, было не важно. Имело смысл быть осознанным, принятым во внимание, но концентрироваться — всё равно, что распылять собственное внимание на незначительные вещи. Он не собирался сближаться с этой женщиной.

По сути, он не собирался говорить ей вообще что-либо. Объяснять, раскладывать по полочкам, пытаться обрисовать собственную позицию в Войне — всё это было большой потерей его сил, тратой времени. Заниматься этим Ланселот не намеревался.

Ухмыльнувшись — широко и тоже немного дико, — он осознал вдруг, что может не говорить ей о себе вообще. Что именно она узнает при помощи связи Мастера и Слуги — это её дело, но сам Ланселот не расскажет ей ничего, что бы как-либо касалось его самого — что-то подсказывало ему, что подобная тактика будет более чем… раздражительна для без сомнения честолюбивого человека, призвавшего его в этот мир.

Честолюбивого ли? Он не мог знать. Так же, как и не мог с уверенностью предполагать, что на самом деле произошло только что в этом помещении — была ли погибшая приманкой? Заменой? Был ли это своеобразный эксперимент? Ланселот не знал и, честно говоря, это его совсем не интересовало.

Медузе совсем не нужно было знать, что придушить фальшивку он решил только потому, что ожидал, что в определённый момент его остановят, отзовут. Эта манера поведения — живое оружие, готовое действовать по первому приказу, — была привычна, но тем не менее — неприемлема в данный момент. Он не мог знать, насколько цели Мастера расходились с его собственными, и в отличие от других мелочей, это действительно было важно.

— Слуга класса Сэйбер ответил на твой зов. Ты ли мой Мастер?

Ритуальная фраза сорвалась с его губ легко, несмотря на то, что голос всё ещё звучал глухо — Ланселот не пытался прочистить горло, не просил воды — это было тем, как он говорил обычно, с лёгкой поправкой на интонации Артура, в чьём образе он пребывал. Он не резал слух и, если уж говорить напрямую, Слуга вовсе не хотел что-либо говорить. Тишина была привычнее. В ней ему всегда было как-то комфортнее, и нарушать оную — казалось чем-то кощунственным.

Коммуникация — никогда не была его сильной стороной. Даже до его запретной любви к Гвиневер, Ланселот по большей части был молчаливым присутствием по левую руку Короля,  и один его вид внушал определённый страх в соперников оного — большего тогда ему и не нужно было. Поддержка и защита — это всё, к чему он стремился.

Сейчас… Ланселот не мог с точностью сказать, какой была его цель. Он чувствовал, что она была — назойливое желание, зуд за солнечным сплетением, толкающий его вперёд — именно это чувство подтолкнуло его руку, когда та сжалась на беззащитном горле взывающей к нему женщины. Но выразить его словами, пусть даже мысленно, он попросту не мог.
[icon]http://sg.uploads.ru/RP01n.png[/icon]

Отредактировано Lancelot du Lac (2018-12-08 00:51:06)

+1

6

♫ Q-Factory – Eternal Empire

- «В молчании своем так похожем на доспех в раз забыл и проклял всех».

Вопрос ведьмы был оставлен без внимания, и, если бы Героический Дух показал ей свой норов было бы куда интереснее, нет же, голос, что отдавал шелестом старого металла упрямо вторил надоедливые слова оглашающие подтверждения ритуала. Потому что так предписано правилами.
- Боги, только не говори, что ты безвольный истукан. Я конечно не отказалась бы от услужливой собачонки, но прошу, не разочаровывай меня.

Откликом на оскал Слуги послужила мимолетная ухмылка и лукавство непроницаемого взгляда, мутного, словно припорошенного пеплом янтаря. – Хм, кто знает? – Уклончивость в ответах, не позволяла завершить начатое как полагается, оставляя подвешенное состояние их встречи. Как если бы Медуза желала оттянуть момент предполагаемого начала разгорающегося действа, старалась продлить по дольше эти безусловно новые и неведомые ранее ощущения. Ведь кто в здравом уме мог подумать, что для кого-то в этой войне интересен вовсе не Грааль, не сама война, пусть даже от нее ведьма получила несказанное множество информации, опыта, знаний и пресловутого удовольствия, что главным ее влечением окажутся инструменты этой войны.
- Люди привыкли гнаться вперед без оглядки, не замечая главного вокруг себя.

- Смотря кто и что для тебя представляет Мастер. И кем ты считаешь самого себя? - Неспешность и тягучесть в каждом движении с которым Медуза обходила блондина, облаченного в черный доспех. Формой и размером отличающийся от того, что использовала для призыва ведьма, пусть это и были жалкие фрагменты, не щадимые временем, но заметить разницу под силу даже ребенку. Двойная игра была обоюдной самого начала, идеальное соответствие, ничего не скажешь.

Стук каблуков стихли возле бездыханного тела. В неучтивом жесте конец трости обернул к себе лицо погибшей, обнажая на свет белесое горло с безобразным колье из кровоподтеков. Скупость эмоций, с которыми она осматривала работу гостя, словно ее это заботило куда больше того, ради чего все свершилось. Прицокнув языком, женщина поднимает взгляд на мечника перед ней, в достаточной близости чтобы рассмотреть по лучше и удерживая дистанцию мнимую, но настойчивую. – Кто-то бы непременно посчитал, что первое впечатление прошло весьма неудачно.

Черная глянцевая трость отстраняется от, теряющей свое тепло, кожи и со стуком опускается меж матовых туфель. Сложив кисти в черных перчатках на набалдашник, Медуза елейно посмеивается одними лишь глазами. - Смотря что считать неудачным, не так ли?

Женщину видимо ничуть не смущало молчание ее собеседника, даже более того, оно рассказывало куда больше, достаточно было по лучше разглядеть. Фамильярный взмах руки, не позволяющий Слуге взяться за ответ. – Впрочем, можешь не отвечать, меня вполне устраивает звук моего собственного голоса.

Небрежно отмахиваясь, ведьма провокационно отворачивается от него, нисколько не скрывая насмешливых ноток. О нет, она вовсе не смеялась над своим гостем, вовсе нет, скорее явно потешалась над ситуацией. Пауза. Обернувшись через плечо, она куда более тайно и хитро произносит. – Ведь нам, чтобы понять друг друга, правда не нужна?

Она знает. Не догадалась. Чувствует.

[icon]https://pp.userapi.com/c847019/v847019698/107f8e/WAG85G1BlwA.jpg[/icon]

Отредактировано Lamia (2018-12-04 22:13:38)

+1

7

На мгновение в его глазах вспыхнула злоба — он смотрел на Медузу, как на помеху, досадную и раздражающую, более того — по интенсивности выказанной эмоции, можно было с уверенностью сказать, что смерти своей она избежала не потому, что Слуга не мог её убить — было ясно, что такая мысль посетила его голову. И по какой-то неизвестной причине он её отбросил. Прикрыл веки, шумно вбирая в себя воздух, после чего взглянул на неё с отработанным годами безразличием.

— Истина переоценивается, — глухо прозвучал ответ — нейтральный, как и сам Ланселот сейчас, не привязанный к сюзерену. Он предпочитал сторониться конкретного выбора, ходить на грани, не привязываться ни к кому. И то, что Медуза считала нужным скрывать, так называемая правда, ему была не нужна. Не самая важная часть, эта искренность. Не в тех отношениях, где один — представляет собой якорь, привязывающий тебя к миру. А второй — обоюдоострый, почти неконтролируемый меч, который в любой мир мог уничтожить обоих.

Другое дело, что возможный обман, лёгкое, почти незримое презрение к жизни — не были поводом для убийства самой Медузы. Плюсы, сулимые Граалем, перевешивали минусы от сотрудничества с человеком, чья мораль отличалась от остатков кодекса чести его, Ланселота.

К тому же, он сам только что лишил невинную женщину жизни, не испытывая при этом никаких угрызений совести. У него не было права требовать чего-либо — искренности ли, или более… человечного отношения. Потому что ни то, ни другое он не собирался демонстрировать сам.

Он не сводил с неё взгляда, наблюдая за тем, как та перемещается — довольно грациозно, но с перестуком трости — всё равно как-то похоже на гусыню. Или курицу. Неловко и медленно, чересчур подставляясь — не то поведение, которое ожидалось, учитывая его реакцию на фальшивого Мастера. Он надеялся, что призвавшая его ведьма хотя бы сделает вид, что опасается, примет какие-то базовые меры — это сделало бы его будущую работу, защиту этой самой ведьмы, не такой раздражительной.

— Если ты не собираешься завершать ритуал, я уйду, чтобы найти другого Мастера.

Губы скривились, открывая его недовольство — это был… не самый лучший вариант, учитывая то, что без поддержки Мастера он мог просуществовать не более десяти, пятнадцати минут. Вероятность успеха в этом случае была… не нулевой, но стремилась к оному.
[icon]http://sg.uploads.ru/RP01n.png[/icon]

Отредактировано Lancelot du Lac (2018-12-08 00:50:53)

+1

8

- Она бывает разная, но всяка имеет право на существование. – Невеселая, искусственная усмешка под нос. Удручающее покачивание головы, от чего хлестко взметаются тонки длинные косы аксессуара. Приходится спрятать спину.

- Ты волен делать все, что пожелаешь. – Гулкий отзвук ее голоса ударил по слуху, как если бы отталкивался от водной ряби. Ее образ был подобен статуэтки из черного оникса, гордо расправленные плечи, прямая спина и величественная манера держаться. Не желание отпустить, а стремление донести. – Ты знал об этом?

Здесь и сейчас не было места привычному устою, война ментальной преградой выставлена за пределы этих стен, глупое распределение Мастеров и Слуги проигнорировано самонадеянной ведьмой. Искусственно удерживая то состояние, когда между ними еще нет иерархи, не закреплены ярлыки, намечены, но не утверждены. И он волен. Но поймет ли? Или злосчастное заклятие выбила все мозги из Героического Духа.

Здесь и сейчас, перед ней, он - ожившая легенда.

- Слепо спешишь найти свой поводок. Но разве ты собака? – Веселье стерто с лица студеным взглядом, пронзительным и испытывающим. Его проверяют. На него возложены надежды в высокомерном ожидании – оправдает ли? Она не боится. Ни намека на опасение за свою жизнь, и дело не в заносчивом самоуверовании, Медуза отметает лишнее, ухватываясь за суть, решая все на том уровне, которого заслуживает.

- Ну же. Услышь меня. Отзовись, потому что сам того пожелаешь! – Терпение подходило к концу, нутро вонзало колья в нервы. Ментальный зов разрывал воздух, не покидая легких. Пальцы несдержанно со скрипом сжимают шафт.

Комната лишилась звука, как если бы под потолок была заполнена водной толщей. Не отрывая взгляда от холодного безразличия золотого отсвета, женщина приближаешься, почти крадучись, подобно кошке перед рывком, беззвучно, как если бы шум мог только отвлечь. Заглядывая в его глаза так пристально и пронизывающе, как если бы могла добраться до самой сердцевины, жестоко, остро и неумолимо. Расстояние сокращено до минимума, но на чертах лица не отложилось и тени вызова. Губы размыкаются, складывая слова, которые в шепоте перекричали тишину. – Докажи, что достоин.
[icon]https://pp.userapi.com/c847019/v847019698/107f8e/WAG85G1BlwA.jpg[/icon]

Отредактировано Lamia (2018-12-04 23:33:55)

+1

9

Мгновение повисло между ними тяжёлой, вязкой тишиной — взгляд Слуги из угрожающего поначалу стал растерянным, а затем — слегка удивлённым. Перед ним стояла женщина, взывавшая к его памяти столетия после окончательной гибели, и требовала, чтобы он что-то ей доказал. Это было… необычно. Странно, вызывало вопросы. Но в первую очередь — необычно.

И смешно.

Его губы снова дрогнули, после чего, слегка откинув голову назад, Ланселот расхохотался — грубо, в полный голос, совершенно не обращая внимания на едва не льнувшую к нему женщину. Это было… знакомо. Настолько знакомо, что он просто не мог сдержать смеха — такого же глубокого и хриплого, как и обычный его голос.

Он забыл. Прошло столько времени, он попросту успел полностью позабыть о том, насколько нелогичными, до безрассудства требовательными, неимоверно раздражающими могут быть женщины. Медуза напомнила ему обо всех сразу — о Гвиневер, к которой Ланселот испытывал ответные чувства, ради которой совершил многое, при этом потеряв право зваться рыцарем. И о многих других, чьи симпатии он не разделял, но кто продолжал упрямо от него что-то требовать.

Любви, подвигов, детей, верности.

Всем им что-то было нужно. Он и впрямь совсем об этом забыл.

Отсмеявшись, он слегка отступил, увеличив разделяющее их расстояние, и опустил тяжёлую руку ей на плечо, сжимая крепко, но пока что безболезненно. Взгляд, неожиданно лишённый всякого веселья, казался острым, как сама кромка его меча, а кривая, уверенная ухмылка отчётливо давала понять, что он думает о её попытке испробовать глубину его терпения.

— Ты пытаешься казаться хитрой, опережающей меня на несколько шагов, когда как мне просто… наплевать на всё, что ты пытаешься скрыть или получить при моей помощи, призывая меня, — Ланселот качнул головой, а затем легонько ткнул указательным пальцем ей в лоб, вынуждая потерять равновесие, отступая уже от него — тем не менее, следуя привычке, воспитанной в нём Владычицей Озера, он всё же не позволил ей упасть, второй рукой обхватив за локоть, стабилизируя её на расстоянии вытянутой руки.

— Стоит ли мне напомнить, что это ТЫ взывала к моей помощи? Ты была тем, кто выдернул меня из Трона Героев! И именно ты сейчас являешься непроверенной частью механизма, тёмной лошадкой, с которой МНЕ приходится слепо сотрудничать!

С каждым словом он постепенно повышал голос, склонившись чуть вперёд, глядя на неё чуть расширившимися, горящими безумием глазами с высоты своего роста, словно угрожая вот-вот навалиться и поглотить без остатка — настолько разнились они по росту и телосложению, даже несмотря на то, что в истинном своём обличье Ланселот был ещё выше.

Выдохнув, он вновь резко изменился в лице — взгляд вновь стал слегка расфокусированным, а выражение — незаинтересованным.

— Если кто-то и должен что-то тут доказывать, то явно не я. И явно не тебе. Ты не держишь никакого «поводка», не обманывай себя. Я могу быть псом, но чтобы заслужить хотя бы толику моей преданности, тебе придётся вывернуться наизнанку. И ты, ведьма, на это не способна — это заметно сразу.

Не собираясь больше ждать чего-либо, Ланселот шагнул из круга призыва, всё ещё слегка светящегося в полумраке помещения из-за скопившейся внутри магической энергии. Он не собирался ждать — цель, сколь бы далёкой она ни была, вынуждала двигаться вперёд, мимо призвавшей его ведьмы, в сторону ширмы — туда, где был выход из этой каменной коробки. Постепенно, он перешёл в призрачную форму — чтобы не тратить прану на поддержание физической формы, — рассыпавшись чёрными искрами прямо у неё на глазах.
[icon]http://sg.uploads.ru/RP01n.png[/icon]

Отредактировано Lancelot du Lac (2018-12-08 00:50:37)

+1

10

- Ну на-а-адо же, не прошло и двух сотен лет. А я уж боялась, что это совсем запущенный случай.
Ресницы дрогнули, расширяя цепкий до реакции взгляд, ядовито-рыжий изгиб брови возвестил об удовлетворенной заинтересованности. Наконец-то его прорвало. Не суть какая, важна была реакция, хорошая или негативная, пусть даже агрессия, но она доказала, что перед ней не просто сгусток магической праны натасканный на заложенные заклинаниями команды, а вполне реальная и живая душа древности.

Движение на попятную спровоцировал давнишний инстинкт хищника, Медуза не задумываясь двинулась навстречу, словно бояться здесь должна вовсе не она, но была вовремя остановлена. Острый взгляд упал на здоровенную руку, что посмела небрежно и неаккуратно сжать кожу ее плеча, горло дернулось от нервного глотка с горечью недовольства.
Она не успела осознать, как невообразимой силы толчок вынудил откинуть голову чуть назад, выхватывая из поля зрения рассвирепевшего блондина. Нет, он не бил сверх меры, воздействие оказалось куда значительнее, ведь в момент прикосновения к голове, ее Безумие срезанировало с аурой Сейбера. Змеи пришли в движение, пробуждая так безжалостно сдерживаемую в хрупком теле скверну. Перед глазами мутными картинами прошелестела игральная колода из обрывков воспоминаний незнакомого происхождения, лишая выражения ее лица осознанности. Ведьму спустили с небес на землю, но негативный поток разъяренного слуги она словно бы и не слышала, не замечала через толщу из ударов собственного сердца. Ошарашенный вид скрывал под собой торжество, когда внушительный мужчина тяжелой поступью проходил мимо нее, Медуза уже знала, что ему может подойти только она и никто другой.

Хлопки. Сухие и без какой-либо окраски. Наконец-то.

- Взывала к помощи? – Она отозвалась. - Но истина в том, что мне не нужна твоя помощь. Мне нужен ты. – Слова так просто сказанные, легко и уверенно, словно иначе быть просто не могло. Только сейчас она заметила, что шляпа уже не украшает ее рыжую головушку, а дрожащие пальцы потеряли в своей хватке трость. Не слабость, предвкушающий мандраж.
- Твои надежды. Твои желания. Твои страхи. Твоя боль. Твоё удовольствие. И твое безумие. – Признаться честно, Медуза так и не поняла, сказала ли она это вслух или только подумала, и были ли эти слова ее на самом деле.

- Я призывала не бродячую псину, - Жесткость речи плавно спадает тональностью до плененного уважения. Игривые нотки, на кои она не скупилась до этого, пропали вовсе, полностью вытесненные одержимостью и искренним почитанием. - но Легендарную Душу. Героя, чье рвение к цели оправдано мифами и способно смести все на своем пути.
Безумная ведьма коверкала саму суть призыва, переиначивала подоплеку в то русло которое было угодно ей. Поем мы для глухих. Он не слышал ее с самого начала, одурманенный пресловутыми устоями этой войны, его слух окостенел и не способен был принять то, что она пыталась до него донести. Благо Медуза была умела и напориста в своем искусстве убеждать.

- Мне не нужен прислужник, который будет слепо повиноваться моей указке, готовый сложить за меня кости только под тяжестью оков. Грош цена ритуалу, если ты не пожелаешь его сам. Если ты осознанно по своей воле не выберешь меня. Только так и никак иначе.
Она все еще стоит к нему спиной, но ей и не нужно его видеть, чтобы знать наверняка, он ее услышит. Их игры затянулись, скрывать что-либо чтобы переиграть на шаг вперед нет смысла, он слишком твердолоб, уперт и своенравен. Мужчины. Нет нужды идти наперекор - это ведьма понимает лучше всего, достаточно просто предоставить желаемое, а там пусть сам решает, что делать. Ведь вести - удел мужчины. Решать будет он. Но для этого он должен принять ее, такой, какая она есть.
Тогда чего уж греха таить, верно?

Она показала ему себя. И свое Безумие.

Вспышка искажения реалии была мимолетной, но достаточной дабы он смог ощутить такой знакомый и уже ставший ему сродным порыв, тяжесть ее ауры взывала и распаляла его собственное безумие. Комната померкла в фиолетовом свечении от энергетических векторов, что ненасытно покрыли все окружающие поверхности, источником его была фигура в черных одеяниях, скрывающих голову ведьмы под капюшоном. Векторы за спиной роились, подобно взбудораженному гнезду змей.

- И тогда, я пойду за тобой. Стану опорой, поддержкой, источником силы и помогу в предстоящих битвах. Ты можешь не верить, но обязан желать. – Сладострастный голос струился вересковым медом с горечью змеиного яда. И она не юлила, то был непритворный зов влюбленной женщины. Но не в Него. А в свою идею. Собственную одержимость.
Видение развеялось, она стояла, обращенная к уходящему духу, обхватив собственные локти и улыбаясь с закравшимся лукавством.
- Только тогда я скажу… Да, я твой Мастер!

[icon]https://pp.userapi.com/c849224/v849224307/b73fa/E9h_rePXOh0.jpg[/icon]

Отредактировано Lamia (2018-12-05 12:52:45)

+1

11

— Ты многого хочешь, в таком случае, — ответ раздался словно бы из пустого места прямо перед самой Медузой — пауза перед оным была достаточно долгой, что можно было заподозрить Слугу в том, что он всё же покинул своего Мастера. Если бы не возникшая между ними, постепенно укрепившаяся связь — связь, через которую постепенно, почти незаметно сейчас, когда Ланселот находился в призрачной форме, начала утекать её магическая энергия.

Ещё одна пауза — более короткая на сей раз, в течении которой воздух перед Медузой словно бы задрожал, пошёл волнами, вновь являя её взгляду Слугу — такого же тёмного и мрачного, каким он появился в круге призыва. Впрочем, по слегка изменившемуся выражению лица, по исчезнувшей напряжённости можно было понять, что подобный исход их беседы его не злит — он не испытывал облегчения, но чувство, сродни тому, которое бывало после преодоления каких-то препятствий.

Целью, настоящей целью Ланселота — был не Мастер и не отношения, которые между ними следовало установить. Или исправить уже сложившиеся? Межличностные отношения никогда не были сильной его стороной — ещё будучи живым, он предпочитал иметь лишь парочку верных друзей, нежели кучу просто хороших знакомых, способных в любой момент обернуться против тебя.

Стоило ли включать в этот список Медузу — он не знал. Как строить подобные отношения с женщиной — женщиной, которая, очевидно, считает себя куда умнее тебя, — он даже малейшего понятия не имел. С какого места браться? С чего начинать?

Ланселот одарил её спокойным, менее враждебным, чем ранее, взглядом, и предпринял попытку улыбнуться — вышло плохо, криво, но усилие, вероятно, того стоило. Он не собирался причинять ей физический вред, поэтому — постарался это продемонстрировать.

Он старался игнорировать усилившиеся на мгновение шепотки — что-то, связанное с их связью, с её аурой, которую она на миг перестала сдерживать, — но из-за этого мгновения его внимание слегка рассеялось, сознание, жаждущее вернуть прошлое, изменить его, начало улавливать знакомые до боли голоса — Гвиневер, Артур, Тристан… Слова путались, а сам их смысл — терялся для Ланселота, но интонации, вложенные в них эмоции — ранили болезненно, утягивая его дальше, чем прежде.

— Ты ничего обо мне не знаешь. Не можешь знать, — его голос, казалось бы, стал ещё более глухим, отстранённым, лишённым тех чувств, которые искрились в нём в момент злобы, или странного, неправильного веселья: — Что ты намерена поддерживать, если ты не в курсе, к чему я в итоге стремлюсь? Не спрашивай сейчас — я не отвечу.

Болезненные стоны. Крики на фоне вполне себе домашней обстановки — за исключением остывающего уже тела девушки, которую он убил. Ланселот старался не показывать, что его в этот момент что-то беспокоит, но взгляд — пустой, словно бы сквозь Медузу, — и углубившаяся морщинка между бровей ясно говорили о том, что её Безумие каким-то образом на него повлияло.

— Расскажи мне. О том, какова эта Война. Каков мир, окружающий нас. Что толкает тебя участвовать во всём этом. И возможно, я подумаю о том, чтобы поделиться своими… скелетами.
[icon]http://sg.uploads.ru/RP01n.png[/icon]

+1

12

Короткий взмах ресниц в ответ на отзвук гулкого голоса, прозвучавшего одновременно прямо над ней и в голове. Ритуал был завершен, а магическая пуповина связала их, оголодало, вытягивая энергию ведьмы. Чему Медуза совершенно не предавала значения – всего лишь мизерная цена столь значимому приобретению. Результат можно было признать приемлемым, но то лишь начало. Не более.

Вскинула бровь, отмечая про себя странность, так щедро подаренной ей, улыбки. – Очаровательно. Не делай так больше. Если нет искреннего желания, то тебе это плохо дается. – Сухо прокомментировала стерва с ядовито-рыжим каре.

- Знание – для меня самое значимое из благ этого мира. Но всему свое время. – Улыбаясь под нос, она опускает лицо вниз. Ее кровь действует как надо – самый эффективный катализатор во время призыва. Его волнение, его нестабильность и эти ведения, коими он нехотя с ней поделился, все это неумолимо подтверждало, что даже Героических Дух подвержен простому безумию. И он примет его, однажды разделив с ней свои страдания.

- Так ли это важно? – Вздернула подбородок, обращая взор промерзшего янтаря на рыцаря в черных доспехах. – Мне нет нужды тебя расспрашивать. Ты расскажешь мне, когда сам того пожелаешь.
Оправляя черную ткань перчаток, мимолетным движением пальцев ведьма «подзывает» шляпу и трость, позволяя тем самостоятельно вспорхнуть с пола и занять свои законные места с видом преисполненным гордой стати и изящества. Потребно ухватываясь за трость, как если бы не могла без нее полноценно передвигаться, не смотря на отсутствие намека на хромоту, Медуза дважды звонко ударяет концом о черный мрамор пола.

Рокот механизма и щелчок деталей сопровождают движение стен и расхождение потолка. Вся комната видоизменялась, представляя собой заблаговременно собранный фальшфасад и открывая взору помещение превосходящее фальшивку по размеру в десятки раз. Крупный медицинский исследовательский комплекс. Лаборатория с размахом. Слепящий свет, белые стены, дорогостоящее оборудование, обширная планировка и чистота. Безукоризненная, стерильная чистота. Воздух наполнен запахами дезинфектантов и кварцевых ламп. И оживленное количество медперсонала. Обезличенные, но четко знающие свою работу.

- А разве ты не должен быть снабжен всей необходимой информацией о настоящем времени и аспектах мира? – Одарив искусственной улыбкой, Медуза уверенным шагом проходит мимо Слуги, щелчком пальцев опуская платформу с магическим кругом призыва и покидая их любовное гнездышко первого свидания. Тут же начались деконструкция декораций и уборка тела, попутно ее снабдили белоснежным халатом, а в подставленную ладонь вложили любимую японскую трубку. – Мир подвержен изменениям от раза к разу, а вот суть, увы, не меняется. Все те же пороки, все те же грехи. Ни что не ново под луной. – Со смешком женщина выдыхает сиреневый дым, продолжая вести своего спутника по длинным коридорам, или же она про него забыла? Нет, даже ни разу не обернувшись, плутовка прекрасно знала, что он рядом супротив всему.

- Прошлая война привела к катастрофе, повлекшей за собой неумолимый рост магического влияния, спустила с поводка мифических тварей и смела закостенелые унылые устои, что набирали обороты в своем застое. – Продолжая свою повесть без позволения ее прервать, женщина, не применяя физического воздействия отворила дверь магией, уверенно ступая в простенький кабинет, напоминающий лабораторно-диагностический. Усаживаясь за рабочий стол, спиной к мониторам, негласно указала блондину на обитый белой искусственной кожей диван.

- Как итог – кто-то возрадовался таким переменам взойдя на пьедестал достижений, кому-то такие последствия пришлись не по душе, ну а кто-то их просто не пережил. – Откидываясь на спинку и лениво закидывая ногу на ногу, женщина куда более цепко и бесстыдно рассматривает свое новое «приобретение». – Если последние права голоса потеряли, то остальные стараются перевесить данным сражением за Грааль свою чашу весов.

Задумчиво прикусывая нижнюю губу, прежде чем освободить из легких новую порцию табачного дыма, ведьма чуть более расковано усмехается и теребит меж пальцев украшение своей шляпы.
- Что же касательно меня… Ты поверишь, если я скажу, что мне просто любопытно?~ - Слегка склонила голову на бок в игривой манере. – Достаточно честный ответ человеку, что сам утаивает правду?~
[icon]https://pp.userapi.com/c847019/v847019698/107f8e/WAG85G1BlwA.jpg[/icon]

+1

13

Ланселот следовал за ней молча, одним своим видом отпугивая чужие, непрошеные взгляды — какими бы вышколенными помощники Медузы ни были, мрачное выражение лица вкупе с его убийственным взглядом способны были развеять любые зачатки ненужного ему любопытства.  Тем не менее, он одновременно умудрялся и не глазеть особо по сторонам, выражая полное безразличие к окружению, и оставаться настороже — ему не нужно было смотреть на окружающих, чтобы анализировать уровень опасности, который они собой представляют — для него, по сути, нулевой. Тем не менее, обретя Мастера, из вида не стоило выпускать и такие незначительные мелочи, как окружающие её люди — предатели и злопыхатели всегда находили себе путь, кем бы их «начальство» ни было.

Сама же обстановка и длинные, однообразные в его понимании коридоры — практически не вызывали никакого интереса, а посему — полностью игнорировались. Он шёл терпеливо, вслушиваясь в её слова — по выражению лица не было заметно, достигли ли какие-либо её слова цели, потому как реакция была скупой, почти отсутствующей. Улыбка сошла незаметно, сменившись привычно хмурым выражением, а губы — сжались в тонкую, белую линию, выдающую разве что лёгкую степень раздражения — из-за избыточного количества людей вокруг. Сам Ланселот предпочёл бы, чтобы убежище Мастера было спрятанным, защищённым и лишённым чужого, потенциально враждебного присутствия.

Он повёл плечами и вошёл вслед за ней в кабинет, не удостоив внимания метод, коим она открыла дверь — то, что эта женщина — ведьма, ему уже было известно, посему он не удивлялся её фокусам и чересчур экстравагантным манерам.

— Меня устраивает подобный ответ, — не моргнув и глазом, отозвался Ланселот, стоило Медузе, наконец, прервать свой монолог. Он не пытался её прерывать, держа своё мнение при себе — её ответ был лаконичным, ровным, и практически лишённым яркого, цепляющего эмоционального тона, что выдавало одно — на сам конец света, на последовавшие за ним жертвы ей было наплевать. Не то, чтобы это его удивляло — судя по самому призыву, к человеческим жизням она относилась весьма… легкомысленно.

Он замер прямым, источающим давящую, мрачную ауру столбом, не испытывая необходимости или какого-либо желания занимать собой какой-то предмет меблировки в новой, такой же неуютной для него комнате.

— Он сказал о тебе достаточно, чтобы сформировать первоначальное мнение. Сегодня ты не умрёшь.

Его не интересовала конкретная цель, которую преследовала Медуза, совершая ритуал призыва — всё это было не так уж важно. Единственное, что волновало Слугу — это сойдутся ли они во мнениях. В методах, коими возможно достижение этой самой цели. И пока что она не давала возможности сомневаться в ней — если бы Ланселота призвал человек мягкий, не способный на жертвы, он, вероятно, оказался бы в более… неудобном для себя положении.

Очевидно, на этом он посчитал разговор оконченным — по крайней мере, никакого продолжения не последовало. Замерев так, посреди комнаты, он упёр расфокусированный взгляд куда-то в противоположную стену, не то прислушиваясь к окружению, не то снова погрузившись обратно в обрывочные видения из прошлого.
[icon]http://sg.uploads.ru/RP01n.png[/icon]

+1


Вы здесь » Fate/Apocalypse » Личные эпизоды » 11.07. Без сто грамм не разобраться


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC